belgium fries

Мыслить по-государственному

Вот замечательный образец. Некто Михаил Захаров объясняет в газете.ру, что Г.О.Греф всё сказал про математические школы очень правильно. Цитирую:

Если советский образовательный проект был настолько успешен, то почему обанкротилась вся советская система? Нет, понятно, что падение цен на нефть в 80-е, непоследовательное и странное реформирование системы, старение элит и так далее, но ведь не спасли же советскую Родину выпускники физматшкол. В этом смысле опыт и впрямь можно счесть не вполне удачным — экспериментально было доказано, что наличие великих физиков экономику страны от краха не спасет -- https://www.gazeta.ru/column/zakharov/12036139.shtml

Понятно, что если ты коммунист, то тебя не интересует, что именно те или иные школы дали тем или иным конкретным ученикам, которые в них учились, или оправдали ли они надежды тех или иных родителей, которые этих учеников туда отдавали. Важнее, что эти школы дали так наз. обществу.

Прекрасно, но даже в этом странном случае нормальный вопрос будет - а внесли ли физико-математические школы достаточный вклад в уничтожение советсткого государства? Но нет, он требует, чтобы их выпускники именно сохранили ему СССР! Наверное, чтобы построили более качественные глушилки. Или, лучше, чтобы методами климатологии смоделировали в 1986 году дальнейшее развитие событий и порекомендовали КГБ убить Горбачева. Вот тогда да, это были бы хорошие, годные школы.
1. Вообще говоря, если бы интеллигенция, которую готовили в спецшколах, составляла правящий класс, то все так и было бы, как у Вас в последнем абзаце. И глушилки бы построили мощнее, и убили Горбачева, и диссидентов из собственной среды забивали бы ногами. И СССР до сих пор бы стоял, хотя ничего хорошего в таком феодальном социализме и не было бы. Но поскольку она была сословием привилегированным, но лишенным политической власти, а это самое опасное, что только может быть, все получилось так, как получилось. Экономика здесь вообще не при чем, все хорошо было с советской экономикой. Спецшколы сами по себе тоже не при чем. Виноваты расслабившиеся Политбюро и КГБ, которые сохранили привилегии, дарованные интеллигенции Сталиным, но при этом перестали ее контролировать и систематически пропалывать. Это фундаментальная ошибка: привилегированных слоев либо вообще не должно быть, либо они должны быть так терроризированы, чтобы о захвате власти даже мечтать не смели. Ленин и Сталин это понимали, как и китайские руководители, Хрущев и Брежнев – нет.

2. Любые государственные школы, хоть сельские, хоть элитарные, создаются в интересах государства, а не кого-то еще: это, по-моему, вполне естественно, и не коммунисты это придумали. Жирондисты и якобинцы, которую первыми такие школы начали создавать, все объясняли прямым текстом: школы нужны республике, а не детям и родителям. По закону Букье от 29 фримера II года все французские дети с 7 лет принудительно изымались из семей и отдавались в школы-интернаты; закон был принят Конвентом, но не действовал.
1. Не знаю, очень может быть. Были ли в этом случае открыты границы для представителей интеллигенции? Призывали бы их в армию?
2. Статьи про государственные школы в газете.ру и посты в жж, однако, пишутся не в интересах государств, а с точки зрения детей и родителей, или, в особо глупых случаях, с точки зрения обществ, почему и недоумение.
Конечно, границы для нее в этом случае можно было бы открывать совершенно спокойно. Хотя вообще-то они и не были так уж наглухо закрыты, как это теперь представляют: ездили в капстраны и по работе, и туристами. А вот с армией интересно, тут должна была бы произойти полная перестройка в мозгах: ведь любой правящий класс не просто служит, а еще и оберегает эту свою привилегию. Римские плебеи вообще требовали только одного: чтобы им разрешили служить в армии, а патриции отчаянно сопротивлялись. То же самое потом было с производством в офицеры буржуа и разночинцев: дворяне сопротивлялись до последнего. Но в нашем-то случае это чисто умозрительные допущения: интеллигенция ни побеждать, ни править не умеет просто по определению. Ее всегда кто-нибудь использует.